Приветствуем вас в клубе любителей качественной серьезной литературы. Мы собираем информацию по Нобелевским лауреатам, обсуждаем достойных писателей, следим за новинками, пишем рецензии и отзывы.

Кобо Абэ. Совсем как человек. Японская фантастическая проза.

Кобо Абэ, без сомнения, выдающийся японский писатель. Достаточно вспомнить, что сам Кэндзабуро Оэ считал его более достойным Нобелевской премии. Кобо Абэ – глубоководный исследователь мира человеческой души. Его герои стремятся к пограничным ситуациям, либо оказываются в них поневоле. Повесть «Совсем как человек» (1967) не исключение. Здесь речь идет о попытке определить, где начинается и где кончается человеческое существо. Исследование этого вопроса не так болезненно, как исследование темы лица в «Чужом лице», и даже, наоборот, оживлено яркой и живой игрой героев, как будто бы исключающей муки самосознания. Тем не менее, о серьезности происходящего не забываешь ни на миг.

Итак, некий писатель пишет сюжеты для радиопередачи, в которой главным действующим лицом является марсианин. Этот марсианин попадает на Землю и занимается тем, что выявляет различные несовершенства человеческого общества. В эти же самые дни японская ракета готовится совершить посадку на Марс. Актуальность творчества писателя стремительно падает. Он даже получает письма разгневанных читателей. А в один из дней к нему заявляется странный посетитель, похожий на торгового агента. Его визиту предшествует звонок женщины, представившейся его женой. Женщина сообщила, что этот посетитель – ее муж, страстный поклонник историй про марсиан и сам считающий себя марсианином. В общем, он сумасшедший, но следует ему во всем поддакивать, потому что он из буйных. Писатель принимает посетителя, и у них завязывается длительный разговор. Посетитель сначала доказывает, что он марсианин, правда, «совсем как человек», потом утверждает, что он не марсианин, и предлагает писателю готовую рукопись для спасения его пошатнувшейся репутцаии. Затем он не менее аргументированно доказывает, что он представитель торговой организации «Марс» и хочет, чтобы писатель купил участок на Марсе. Писатель на время успокаивается, однако вскоре его собеседник заводит старую шарманку и снова утверждает, что он марсианин. Доказать он ничего не может и напирает на единственный аргумент – марсиане совсем как люди. Их в количестве 32 персон отправили на Землю, а он 33-й, и его задача найти предыдущих посланников. С какого-то момента писателю хочется только одного – выпроводить гостя. В итоге они вместе поднимаются к нему домой, и там писатель, начав временно вести себя подобно своему гостю минуту назад, в конце концов сталкивается с неожиданным развитием событий.

«Совсем как человек» - замечательная повесть, при чтении которой до самого конца непонятно, чем все кончится. Посетитель ведет себя непредсказуемо, чем стирает грань между явлениями психического здоровья и психической болезни. Возможно, в этом и состоял замысел Кобо Абэ – показать, как разрушается абсолютная убежденность в незыблемости объективных представлений о мире. Посетитель перевоплощается несколько раз и демонстрирует редкую последовательность. Попытки писателя противостоять его напору в конечном счете истощаются. Теперь он сам не знает, что значит быть человеком. И вопрос этот Кобо Абэ радикализует, как бы говоря, что неверный ответ на него может привести в сумасшедший дом. Вообще Кобо Абэ не из тех, кто, как и большинство, считает, что безумие – это череда ярких образов, которые захватывают жертву до одержимости, или что это какое-то взбалмошное истерическое поведение, крики, агрессия, требующая смирительной рубашки и укола медбрата. Нет, в этой повести Кобо Абэ восхитительно выписал мягкость и обыденность безумия. Безумие – это просто непонимание, неспособность объяснить, что ты человек. Этот монолог со стеной, которая молчит или, что еще хуже, отвечает невпопад. Но не стоит считать, что такое безумие «лучше». На деле, это приводит к кошмару. Марсианская логика гостя главного героя, имея черты очевидной фантазии, последовательно приобретает весомость, наращивает логическую броню, аргументация уплотняется, увертки и отговорки становятся осмысленными и в итоге это почти ломает психику нашего писателя. Кобо Абэ ни слова здесь не скажет про ужасы депрессии или шизофренеческих психозов, однако стена непонимания, замыкающаяся вокруг его героя, превращается в не менее изощренную пытку, когда язык, слова, все капиталы мысли и сознания оказываются бесполезными.   

«Совсем как человек» - очень театральное произведение. Загадочный посетитель-марсианин легко меняет тактики убеждения, меняя вместе с ними фактически свою личность. Сначала он почти слезливо просит ему поверить, потом предлагает писателю взятку в виде собственной истории, затем агрессивно рекламирует земельный участок на Марсе, потом с профессорской деловитостью объясняет детали бытовой жизни на Марсе. И писатель, весьма уверенный в себе человек, прочно укорененный в обществе, вдруг оказывается за бортом нормального восприятия мира. Вообще Кобо Абэ здесь, да и в других произведениях, почти не исследует причины. Японский социальный ад у него почти не находит отражения, да и зачем его искать, если Япония переживает экономическое чудо, а недавние милитаристские реалии кажутся забытыми навсегда? На странные поступки героев Кобо Абэ толкают не внешние причины. Скорее фундаментальный экзистенциальный кризис, который связан просто с самим фактом рождения. В этой повести нет тяжеловесной рефлексии «Чужого лица» или «Человека-ящика», на ее месте легкая, неуловимая, трагико-комедийная атмосфера, театральный словесный поединок, где ставка вырастает с нуля до драматической величины. Отчасти автор разрушает исходную фантастическую посылку, но почему-то ей хочется верить до конца – до того причудлив внутренний мир его героев.

«Совсем как человек» - яркий пример того, как могут двигаться контексты, меняя фокус восприятия. Совсем уж психоделической эту прозу не назовешь, но и жанровые рамки фантастики или реализма будут неполны. Это фантастика, но очень уж специфическая. Реализм, но не по методу. В общем, очень самобытное произведение, где уверенно выдержана динамика событий, что отличает эту книгу от некоторых других работ писателя, больше похожих на занятуые рефлексивные эссе.