Лауреатами Патриаршей литературной премии 2026 года стали:
•   Аксёнов Василий Иванович;
•   Бурляев Николай Петрович;
•   Смолькин Игорь Александрович.
https://www.patriarchia.ru/article/121466

Маржан Сатрапи скончалась на 57-м году жизни.

Умер Александр Иванченко.

Ничесе. Потеря потерь. А я ждал его мегакнигу... R.I.P.

Книга ещё не закончена.

 Отрывок из новой книги Светланы Алексиевич «В ожидании варваров».

Молчание – метафора всей моей жизни. Долгое время я жила в советской империи, потом на обломках того, что в 90-е годы прошлого века осталось от этой империи. Везде: дома и в школе, сколько помню себя, нас учили молчать: «Молчи! Не высовывайся!» Наше молчание превратилось в искусство выживания. Книги тоже учили молчать. Свободному человеку нужны свободные книги, не получается свободный человек без свободных книг. Свободных книг не было. Если попадались, то очень редко, дальше столицы и больших городов они не выезжали. С трудом проникали в народную жизнь.  Я жила в маленькой беларуской деревне и хорошо запомнила эту темноту выживания. Незнания чего-то большего, чем хлеб.
Из учебников истории будет казаться, что всё произошло в конкретное время, чуть ли не в конкретные дни, но внутри процесса люди не понимают до конца, что с ними и вокруг них происходит. Осознание придет позже, в последующих поколениях и уже у других людей. Вспоминаю рассказы своего отца. Перед войной он учился в Минском коммунистическом институте журналистики. Когда они возвращались с летних каникул, то узнавали, что многие лучшие преподаватели арестованы. Студенты молчали. Ни о чем не спрашивали. «Почему вы молчали? — упрекала я отца. — Сдавали экзамены, читали книги, праздновали студенческие свадьбы. А людей на Соловки или в Магадан отправляли!» Теперь бы я ему таких вопросов не задавала, я уже сама много знаю про страх и молчание. Это не история, как нам казалось, это наша жизнь.
30 лет назад стыдно было называться диктатурой, сегодня уже не стыдно. Сегодня диктаторы открыто говорят: нет, мы не демократия, мы диктатура. Орбану было не стыдно. Лукашенко не стыдно. Путину не стыдно. Никто ничего не боится. За день до нашей беларуской революции у меня в доме были друзья, и мы говорили о том, что из-за нашего, наверное, генетического молчания (в подсознании сидит страх многих поколений), нас трудно заставить заговорить. Никто из нас не представлял свой народ на улице, не представлял, что мы увидим свой Майдан...