noblit.ruДетство. Карл Уве Кнаусгор. Перевод Ирины Стребловой
После двух томов о современности Кнаусгор решил копать глубже и обращается к нежной поре человека – детству, описывая которое в сорокалетнем возрасте непременно впадаешь в вольное фантазирование. Автор это понимает и вначале пытается подготовить читателя (что вовсе делать не обязательно). Он рассказывает о памяти, флэшбеках и озарениях, об ошибках воспоминаний и забытом. У Данило Киша есть замечательная пьеса «Ночь и туман», где автор изучает вопрос различия воспоминаний о, казалось бы, одном событии, при встрече через двадцать лет. Происшествие вспоминалось у очевидцев по-разному. Поэтому, зайдя на территорию детства, Кнаусгор невольно попадает в область фикшена, когда надо достраивать пробелы памяти, дополнять детали, реконструировать характеры. Но и в этом случае автор остается верен себе и своему рассказу, который хлещет эмоциями и интересными событиями.
Если в «Прощании» Кнаусгор провожал в последний путь отца, то в «Детстве» он ещё жив и портрет его противоречив. Родитель выступает в роли деспота, ломающего психологию детей, что неизбежно приводит к травме во взрослой жизни, но помогает стать Карлу Уве тем, кем он стал в будущем, - писателем. Помимо интереса к футболу и девочкам у героя рождается тяга к чтению. Триггером послужила мать, запретившая читать комиксы, но давшая добро на приобщение к книгам.
Герой романа взрослеет, пубертат в самом разгаре, а родители всё больше отдаляются друг от друга, что в конечном итоге приводит к краху отца, отказавшегося жить. В глубине души он понимал, что ведёт себя с детьми неправильно, пытается наладить контакт с тем же Карлом Уве, пытаясь общаться, вместе проводить время на лыжах, на море, за готовкой, но ничего с собой поделать не может. Тьма живет в душе отца, затягивает и маленькими шажками тянет его в бездну. Сначала мать поменяла фамилию на девичью, затем раздельная учёба и долгое отсутствие, то жены, то его самого, приобщение к алкоголю. А бунт Ингве, брата героя, против авторитарности в конце только подкрепил начавшееся падение.
Происходит двоякая эволюция героя. С одной стороны – отец отдаляется от сына, сохраняя свое влияние даже психологически, с другой – просыпается чувственность, влечение к противоположному полу. Кнаусгор создает довольно любопытный эффект завершенности в становлении героя, когда детство уходит. Отец теряет авторитарность – бунт Ингве, герой окончательно созревает – квинтэссенция – оргиастическая сцена прощания в конце, когда Карл Уве уезжает с родителями с острова Трумёйя в Кристиансанн.
Если рассматривать роман отдельно от цикла, то он как будто мало имеет отношения к Прусту. Но в качестве кирпичика «прустианского собора» (как говорил Дмитрий Бавильский) – другой коленкор. «Детство» продолжает раскрытие детской травмы, рисует выпуклый портрет авторитарного отца, от влияния которого герой освободится лишь после смерти родителя. Рождение же чувственности и укрепление эмпатии в подростковом возрасте лишь помогли дополнить портрет художника в юности. Ведь именно эти качества – одни из главных направляющих творческого человека, коим герою предстоит стать в будущем.